Вся она залита .белым месячным светом.
Ах, дети, я жалею, что у меня нет таланта Веррио или Лагерра.
Я вам нарисовал бы эту чудную, незабвенную картину.
Едва успел мэстер Петтигрью закончить свою благодарственную молитву и поднялся на ноги, как в спящем городе, который развертывался перед нами, раздался музыкальный звон колокола.
Звон продолжался минуту или немногим более, а затем замер на красивой ноте и умолк.
Точно в ответ зазвенел другой, более густой и резкий колокол, а затем третий, и, наконец, весь город огласился колокольным звоном, который разносился теперь над всей долиной.
А затем послышался радостный шум и крики "ура". Крики эти росли и превратились, наконец, в громкий шум, подобный раскатам грома.